ЭКОНОМИКА
Справедливые налоги
Фонд развития (Стабфонд)
Свободный рубль
«Чистые» деньги
Ответственная курсовая политика
Отказ от стерилизации ликвидности
Запрет госзаймов
Ограничение квазидолга страны
Приватизация производств
Рыночный контроль цен
Надежность банковской системы
Возврат «замороженных» вкладов

 

АКТУАЛЬНЫЙ КОММЕНТАРИЙ

 

Версия для печати

Госдума

17.06.2002

Из текста стенограммы круглого стола

под председательством Томчина Г.А. – руководителя Комитета по экономической политике и предпринимательству Госдумы

"Теория и практика

валютного регулирования и контроля "

(г. Москва, Государственная Дума, зал 830, 17.00-19.00)

 

17 июня 2002 года

 

Председательствующий. Добрый вечер! Первым я хочу предоставить слово Председателю совета Московской международной валютной ассоциации Черепанову Андрею Владимировичу. Он сделает доклад по проекту Валютного кодекса и совершенствованию валютного регулирования в новых условиях инвестиционной политики. Андрей Владимирович, пожалуйста.

 

Черепанов А.В. Я бы не стал называть свое короткое выступление целым докладом, тем более, что на тему валютной либерализации уж довольно долго и много говорилось, но хотел бы пару слов сказать о том кодексе, который в настоящее время готов к широкому обсуждению, Валютном кодексе, который был подготовлен в совместной работе РСПП и Московской международной валютной ассоциации. Я так понимаю, что вам этот кодекс передан на руки с тем, чтобы вы могли знать, о чем ведется разговор. А далее уже Алексей Николаевич Мамонтов более подробно об этом кодексе расскажет.

Хотя в самое последнее время довольно диаметрально противоположные взгляды высказываются на предмет привлечения инвестиций в нашу страну, тем не менее, я думаю, ни у кого не возникает сомнений в том, что без активизации инвестиционного процесса невозможно ожидать так необходимого нам роста производства, повышения конкурентоспособности российской экономики. Однако для потенциального инвестора, кем бы он не был, резидентом, нерезидентом, банкиром, промышленником, физическим, юридическим лицом, при принятии решения о возможных инвестициях, в первую очередь, даже не столько важно получение прибыли, сколько защита собственного имущества. То есть, насколько обеспечена защита возврата вложенных средств, насколько защищается собственность этого инвестора.

Вот почему в условиях рыночной экономики гарантия прав собственника стала, ну если не главным, то одним из основных принципов государственной политики. И таким способом, причем не только и далеко не только в нашей стране, но и во многих иных странах именно благодаря приданию частной собственности статуса, если хотите, священности и начала быстро развиваться экономика. И таким образом была создана, если хотите, мотивировочная база для роста производства в условиях свободной конкуренции, в условиях свободного предпринимательства взамен экономики принудительного труда.

Единственным исключением из правил священности собственности во многих странах долгое время оставались и до сих пор остаются ограничения в области операции с валютными ценностями. Эти установленные законными и подзаконными актами административные регулирования, где большей, где меньшей жесткости, делали и продолжают делать право собственности урезанным. Но мне представляется, что этот факт объясняется одним -  тривиальной инерцией мышления и действий.

Ну, представьте сами. В тот период, когда государство еще обладало монополией на внешнеэкономическую деятельность, оно само получало и по своему усмотрению тратило иностранную валюту, крайне необходимо было наличие нормативных актов, которые бы регламентировали правила пользования этой валютной. Если хотите, это были внутренние документы государственной власти, которые ограничивали произвол чиновников и четко устанавливали правила работы с иностранной валютой.

Далее. На первых этапах развития рыночных отношений ситуация несколько изменилась. Конечно, государство стало отказываться от монополии на импортно-экспортные операции, однако еще за ним сохранилась привычка заботиться о снабжении населения товарами, причем, относительно дешевыми импортными товарами, и предприятий той продукцией, которая закупалась за рубежом. И соответственно, государство продолжало все еще относиться к валюте как к некой общенациональной ценности или общенациональной собственности.

И для этого, с тем, чтобы насыщать рынок валютой, государство решило насыщать его именно административной силой, хотя валюта уже не принадлежала государству самому. И тут как раз кстати пришлись, наверное, и новые экспортеры, которые в глазах широких масс выступали если не агентами Правительства, агентами государства, это даже на самом деле в лучшем случае, а в худшем случае они, видимо, в глазах широкой общественности казались какими-то жирными котами, которые имеют и только они имеют доступ к иностранной валюте и никак не могут ею насытиться, соответственно не давая доступа к этой валюте иным участникам рынка, населению, предприятиям и так далее.

И именно поэтому, видимо, и была введена некая дополнительная нагрузка на экспортеров, можно ее назвать даже неким скрытым налогом, - это ограничение прав собственности на иностранную валюту. Соответственно государство тем самым предполагало обеспечить критический импорт и погашать свои внешние долги.

Постепенно государства с наиболее развитыми экономиками отказались от валютных ограничений. Они поняли вредоносность этого в рыночной экономике, потому что действительно если имеются нормальные рыночные отношения, то никакого труда не составляет купить государству валюту на рынке по рыночной цене и обеспечить свои валютные потребности, и не только государству, но и любому гражданину, любой организации.

Любые меры нерыночного принуждения, это было, по-моему, понятно и сразу, но а далее все более и более стало пониматься экономистами и политиками, они только могут усугублять проблемы. Но тем не менее ряд государств продолжает сохранять административные ограничения. Причем сейчас ссылка, в том числе и в нашей стране, идет на возможность дестабилизации ситуации в финансовой сфере.

Но что самое интересное, наиболее жесткое регулирование валютное применяется в отношении капитальных операций, что на самом деле само по себе абсурдно. Ведь именно текущие операции, то есть совершенно иная группа операций, которая свободна, в том числе и в нашей стране, это именно те самые операции, которые могут раскачать рынок, которые несколько опасны именно для возможной дестабилизации ситуации. Если государство не обладает достаточными ресурсами, то действительно эти операции способны раскачать рынок.

Что касается операций капитальных, то они в подавляющем большинстве носят долгосрочный характер, соответственно более прогнозируемы и, хотя они требуют пристального внимания, но не стороны государства, которое, еще раз говорю, видимо, по привычке продолжает их контролировать и жестко ограничивать, предполагая возможно что все еще эти операции совершаются от имени государства и за счет государства, но эти операции действительно должны быть контролируемы лишь собственниками валюты.

Однако, к сожалению, государственная власть никак не может этого осознать и упорно продолжает лезть в чужие дела, диктовать условия, на которых собственник может реализовать свои, как я вам сказал, священные права. И, как мне кажется, особую пикантность этой ситуации добавляет то, что законодатели предоставили чиновнику в ряде случаев запрещать или разрешать в индивидуальном порядке проведение операций с валютой, которая не принадлежит им, с валютой, которая принадлежит совершенно иным организациям, иным лицам, то есть, вторгаться в права собственника.

Я уверен, что сохранение такого порядка - исключительно в интересах тех, кто не страдает от недостатка коррупционного аппетита.

Как я уже сказал, все это целиком относится и к Российской Федерации. К сожалению, в вопросах валютного регулирования она крайне медленно отказывается от привычных стереотипов. И как вам известно владельцы валюты даже после уплаты таможенных, налоговых сборов все-таки не свободны распоряжаться честно заработанным имуществом, их свобода ограничивается теми нормами закона о валютном регулировании, которые,    я    думаю,     все    вы    знаете,     а    также    волей    отдельных правительственных чиновников и работников Банка России.

Но Конституция Российской Федерации гарантирует собственникам свободу владения, распоряжения и пользования имуществом. Ограничения могут налагаться только федеральными законами и лишь в исключительных случаях, эти случаи в Конституции перечислены. И нам пытаются доказать, что якобы валютное регулирование обеспечивает некую экономическую безопасность государства.

Действительно, в Конституции говорится о том, что в интересах безопасности государства ограничивать права собственника федеральными законами можно. Но российское законодательство однозначно говорит о том, что под государственной безопасностью подразумевается защита основ конституционного строя, суверенитет и территориальная целостность. Экономические интересы государства здесь не именуются. Так же как демографические и иные интересы государства никоим образом не могут приводить к тому, что даже федеральными законами могли умаляться права собственника.

Мало того, никто и никогда, принимая нормативные акты валютного регулирования, не доказывает, что они приводят к чему-то полезному. А те данные, которые имеются у нас, те данные, которые имеются и в Банке России, и последнее событие на валютном рынке, в том числе связанное со снижением норм обязательной продажи в полтора раза однозначно свидетельствует о том, что жесткие нормы бесполезны, они не нужны. Потому что нарушения прав собственника приводят только к одному, что инвестиции в нашу экономику идут не так охотно и деловой климат, к сожалению, в нашей стране не настолько теплый, чтобы сюда с удовольствием шли не только иностранцы, но чтобы с удовольствием здесь вкладывали свои средства и наши российские предприниматели.

Отсюда, как мне кажется, может быть только один вывод - нормативно-правовые акты, которые ущемляют интересы собственника валютных средств, не только вредоносны, но и неконституционны. И, следовательно, должны быть отменены. Причем не постепенно с осторожностью, как у нас часто любят говорить, а полностью и навсегда. И чем быстрее мы это сделаем, в том числе, я надеюсь, приняв новый вариант закона «О валютном регулировании», Валютный кодекс, тем лучше для поступательного развития нашей экономики. Спасибо.

 

Председательствующий. Спасибо, Андрей Владимирович. Мамонтов Алексей Николаевич, президент Московской международной валютной ассоциации.

 

Мамонтов    А.Н.    Хотел    бы    только    добавить    к    предыдущему выступлению. Я тоже выступаю за скорейшую отмену этих ограничений. Единственное,   что   нужно   предусмотреть,   конечно,   режим   достаточно благоприятного трудоустройства достаточно большой армии чиновников, осуществляющих сегодня валютный контроль, валютное регулирование в самых  своих   одиозных   формах.   И  чем   быстрее  мы  предложим   такие социальные гарантии этим господам, тем, я думаю, легче пройдет эта, я считаю,   действительно   по-настоящему   государственная   акция,   которая окончательно выведет нашу страну из, так скажем, переходного периода в нормальное, цивилизованное сообщество стран с рыночной экономикой.

Что касается конкретно предложенного вашему вниманию Валютного кодекса Российской Федерации. Значит, начать нужно с того, что ныне действующий закон «О валютном регулировании и валютном контроле» был принят и введен в действие 9 октября 1992 года. Как уже говорилось, этот закон действительно носил такой переходный характер и был связан с неким компромиссом между государством и собственником. И соответственно, не столько защищал, поскольку принимался именно в ранний период развития рыночных отношений, не столько защищал права собственника и не столько защищал права предпринимателя или инвестора, сколько защищал права государства, оставлял ему ряд функций, через которые оно могло бы выполнять свои основные задачи.

Но задачи, которые тогда стояли перед государством, они, в общем-то, естественно,   отличались   от   тех   задач,   которые   стоят   сегодня   перед государством. И я думаю, что это одна из важнейших причин, почему мы говорим о разработке нового закона. Не о внесении изменений в ныне действующий закон, который на протяжении этих десяти лет подвергался неоднократно, так скажем реконструированию, то есть внесенные в этот закон, принятые еще в 1992 году, изменения, они достаточно объемный характер имеют. Ну, во-первых, я уже сказал, они не меняли идеологии этого закона, самое главное.

И, второе, эти изменения зачастую, как ни странно, они носили далеко не либеральный характер. В частности, последнее изменение, которое было внесено в этот закон, в августе 2001 года, это введение в него статьи 6 об обязательной продаже экспортной валютной выручки. До этого момента Регламент, устанавливающий порядок обязательной продажи, он фигурировал в основном в нормативных документах, но не выходил на законодательный уровень, хотя краткая характеристика вот этому явлению, и обязательной продажи экспортной выручки, они содержалась в прежне действующих редакциях.

И я хочу сказать, что вот внесение этого и норматива обязательной продажи, и Регламента продажи, сам срок, условия, порядок, и так далее, это я считаю, что это еще раз показывает, что ныне действующий закон нуждается не в реставрации и не во внесении изменений, а просто в изменении идеологической сути.

В чем же она должна по нашему мнению состоять? Здесь еще возникает два больших значительных фактора. Россия сегодня- страна, которая добивается признания себя страной с рыночной экономикой, это раз. И соответственно она входит в сообщество мировых экономик. И она должна входить в это сообщество со своим, уже с достаточно отрегулированным и совершенным, законодательством.

Второе, сегодня развитие рынка капиталов идет настолько интенсивно, что любые ограничения, встающие на пути к эффективному применению этого капитала на территории своей страны, они неизбежно влекут тяжелейшие последствия именно для экономики этой страны. В этом случае эти капиталы работают на другие экономики. И поставить препятствия на пути этим капиталам не удается никому в рыночной экономике. То есть, если вы поставили задачу создавать рыночную экономику вслед за «а» говорить и «б». Вы тогда должны создавать условия для того, чтобы эти капиталы находили эффективное применение на территории страны.

И как показал опыт ограничения в течение десяти лет, в общем-то, все ограничительные меры не привели к остановке утечки капитала или его эмиграции капитала, так скажем, поскольку утечка капитала понятие, включающее в себя легальный вывоз или полулегальный, или нелегальный вывоз. Так вот ограничения не привели к остановке этой эмиграции капитала. И это признают и аналитики, признают даже и авторы ограничения, регулятора валютного законодательства. Эта эмиграция капиталов, как вы, наверное, знаете, она остановилась как раз в последние два года. То есть ее темпы стали снижаться. И в настоящий момент фактически стало, мы присутствуем при таком явлении, как репатриация капиталов, когда капиталы стали пока еще, может быть и осторожно, но возвращаться сюда в нашу экономику. И не потому, что их грызет ностальгия, а потому, что капитал по определению бездушен, и он ищет только те сферы применения, которые приносят ему максимальную рентабельность.

Сегодня Россия - страна, которая остановится привлекательной не только для репатриированного капитала, но и может стать привлекательной для капиталов прямых инвестиций со стороны иностранных не натурализованных инвесторов. Поэтому для того, чтобы создать здесь такой магнетический полюс притяжения капиталов, здесь необходимо, конечно, работать в создании первичных стимулов применения, предложения капитала. Именно первичных стимулов.

Что я называю первичными стимулами? Это, прежде всего, это правовая защищенность, то есть соответственно это совершенное законодательство, и эффективные рычаги государственного принуждения к исполнению этого эффективно действующего законодательства. Это политическая стабильность, которая гарантирует, во всяком случае, в обозримом будущем стабильность действующего законодательства. Это налоговый режим, который также позволяет вести рентабельное производство, и самое главное создавать большую, так скажем, такой большой макроэкономический планктон из мелкого и среднего предпринимательства, потому что крупное предпринимательство находит рычаги для ухода от всяких ограничений.

Жалко, что здесь сейчас не присутствует Каха Бендукидзе, который возглавляет Объединенные машиностроительные заводы. Он неоднократно говорил на предыдущих слушаниях и в общем-то в беседах, и пока мы работали: у крупного капитала, заметьте, нет никаких проблем в их собственном бизнесе в тех масштабах, в каких он сегодня ведет. Они совершенно спокойно обходят любые ограничения. И те трансакционные издержки, которые они при этом несут, они, в принципе, ими терпимы, постольку, поскольку рентабельность достаточно высока. Поэтому в основном любые ограничения, которые вводятся и в том числе в той области, о которой мы сегодня будем говорить, в валютной политике, эти ограничения губят прежде всего мелкий и средний капитал. А именно он - и мелкий, и средний капитал, является основным налогоплательщиком. Он является в любой стране становым хребтом всей экономики.

Более того, существование этого мелкого и среднего бизнеса, его эффективность существования, собственно говоря, и говорит о состоянии рыночной экономики в данной стране. Постольку, поскольку мы знаем, что крупные монополии или крупный капитал, или крупный бизнес, он может принимать любые формы, и государственные в том числе формы, и, в принципе, быть тоже несущим элементом экономики, но при этом очень, скажем так, рискованная экономика. Собственно, государственный социализм или государственный монополистический социализм, он и не выдержал этого испытания.

Об этом можно говорить много, но наша основная задача сейчас – как бы ввести в курс дела предлагаемых нами мер по либерализации валютного законодательства.

Мы разработали совместно с рабочей группой Российского союза промышленников и предпринимателей новый закон о валютном регулировании и валютном контроле, который мы даже назвали иначе и собирались сразу же назвать его иначе, были различные варианты о системе, один из вариантов назывался «О системе валютных отношений в Российской Федерации» или «Система валютных отношений Российской Федерации». Но в силу определенных процедурных моментов, связанных с тем, что ныне действующее название, оно уже фигурирует в ряде документов, основополагающих правовых документов, в частности, в Гражданском кодексе мы название это вынесли за скобки, но тем не менее, назвали Валютный кодекс. Почему мы назвали Валютный кодекс Российской Федерации? Это не просто так. И даже не потому, что его объем намного превосходит, в том числе и полиграфический, так скажем, объем, превосходит объем ныне действующего закона «О валютном регулировании». Мы назвали его именно для того, чтобы вместить в тело этого закона всю возможную систему валютных отношений, которая сформирована сегодня на базе нескольких сразу и документов, и ведомств. То есть закон «О валютном регулировании и валютном контроле» содержит очень много отсылочных норм в адрес других органов валютного регулирования или органов государственной власти, которые так или иначе выполняют эти функции. В частности, очень большое количество отсылочных норм содержатся и в адрес Центрального банка Российской Федерации, который в соответствии с Конституцией является основным органом, его основной функцией является защита денежной единицы и защита денежной системы в Российской Федерации. Много норм содержится отсылочных в адрес Государственного таможенного комитета, Правительства и так далее.

Все дело в том, что это было бы не плохо, но все дело в том, что отсылочные нормы, они во многом, во всяком случае, зачастую порождают некий такой ведомственный произвол, и вам, наверное, это тоже хорошо известно. И те люди, которые занимаются предпринимательством, так или иначе пытались обращаться за какими-то согласованиями или разрешениями в органы государственной власти, конечно, это сильно затягивает процедуру.

И   этот   вопрос   дебюрократизации   предпринимательской   деятельности сегодня, может быть, является одним из важных вопросов, стоящих на пути развития предпринимательства.

Мы попытались избежать возможных упреков в том, что наш закон сохраняет такие ресурсы для чиновников, сохраняет ресурсы, так скажем, некое чиновничье искушение. Поэтому он достаточно регламентирован и достаточно емок и содержит в себе все возможные случаи, при которых применяется система валютных отношений. В данном случае мы сочли возможным даже, так скажем, позиционировать наш валютный кодекс как главный орган валютного регулирования. Мы как бы ушли от понятия органы валютного регулирования, постольку, поскольку считаем, что органом валютного регулирования являться должно законодательство, являться должен, прежде всего, закон, и только тогда он эффективно исполняет свои задачи, поставленные перед ним задачи.

В данном случае, валютный кодекс, это кодекс - по определению это свод законов или свод законодательных норм, в данном случае мы сочли возможным его именовать именно Валютным кодексом. И поверьте, была огромная работа проведена, для того чтобы вместить в тело закона, во-первых, все, во-вторых, при этом избежать действительно не закона, а инструкции. То есть, определенный круг полномочий, которые необходимы для определения, для установки каких-то определенных малосущественных норм, они остаются. И действительно, мы не отвергаем в данном случае участие в самой этой работе по валютному регулированию и валютному контролю, безусловно, и уважаемые ведомства ГТК, Банк России, Минфин, МЭРТ и т.д.

Валютный кодекс, я еще раз хочу подчеркнуть, он, прежде всего у нас служит главной цели - созданию нового инвестиционного климата, создание нового климата для капиталов. Поэтому его основной идеологией является как раз создание всех тех норм, обеспечивающих предпринимателям четкие и ясные условия хозяйствования и проведения операций, связанных с осуществлением этим предприятием внешнеэкономической деятельности. Постольку, поскольку сегодня огромный объем деятельности, круг деятельности предприятий, в том числе замыкается на внешнеэкономической деятельности. Это экспортно-импортные операции, ввоз-вывоз капитала, наличное обращение и т.д.

Соответственно, наш закон содержит те нормы, которые, на наш взгляд, помогают или способствуют созданию такого инвестиционного климата, который бы действительно создал бы условия для высоких, устойчивых экономических темпов роста, с тем чтобы обеспечить такие темпы роста, я уже сказал, необходимо обеспечить условия для осуществления первичных стимулов к занятию бизнесом. И эти условия должны быть максимально прозрачными, максимально прозрачная сфера приложения предпринимательской энергии - это четкое законодательство и государственные органы власти, эффективно следящие за исполнением этого законодательства. И тогда возникает стимул к тому, чтобы открывать свой бизнес и заставлять его работать открыто, прозрачно на благо, в том числе, бюджета, на благо всей экономики.

Наш Валютный кодекс в этой связи предлагает ввести целый ряд таких либеральных, как сегодня их, наверное, принято называть, норм. И мы надеемся, что в будущем это слово - либеральное по отношению к этим положениям уйдет, и действительность выдвинет новые лозунги. И эти лозунги, которые мы выдвигают сегодня, они уже будут консервативными. Но, тем не менее, сегодня они выглядят достаточно либеральными.

Речь идет о том, что, первое, наш кодекс предполагает открытие юридическими и физическими лицами счетов в иностранных банках без ограничений. Это означает, что... вернее так. Единственное ограничение, которое вводится в соответствии с нашим законом - это свободное открытие счетов только в государствах, в иностранных банках - резидентов тех стран, которые входят в список Международной комиссии по борьбе с легализацией доходов, нажитых преступным путем. Это, кстати говоря, еще одна идеологическая функция нашего закона. Его основная суть в том, чтобы те ограничения, которые он устанавливает, они должны действовать только в двух направлениях.

Первое. Это способствовать созданию эффективно действующей налоговой системы.

И второе. Создание эффективно действующей системы борьбы с отмыванием преступно нажитых доходов. Все остальные ограничения, которые не соответствуют вот этим функциям, они должны быть, безусловно, отменены, как архаизмы, как ограничения, которые существовали прежде, как дань нашему прошлому фетишизму, такому долларовому фетишизму. Когда тому нашему прошлому, в котором существовало это фондированное распределение валюты и монополия на внешнеэкономическую деятельность и так далее, и так далее.

Поэтому все ограничения, которые все-таки нас еще держат в поле прошлого и прошлого, в том числе законодательства, они должны быть, безусловно, отменены. Все остальные ограничения должны быть сохранены, если они отвечают вот этим двум названным целям. И более того, если возникает необходимость внесения новых ограничений, но соответствующих вот этим двум целям и только им, то эти ограничения могут быть также предусмотрены и даже введены впоследствии, в соответствии, кстати, и с международными рекомендательными нормами. Слава Богу, мы теперь и свое законодательство приводим в соответствие и с международным правом.

Я сказал о первом, скажем так, первом положении, которое отличает наш закон от ныне действующего закона. Я буду останавливаться только на наиболее ключевых положениях. Если у вас будут потом возникать вопросы частного порядка, касающегося описанных в законе и в кодексе разделов или глав, то вы можете обращаться, а мы можем тогда отвечать. Я бы хотел просто, чтобы у вас сразу же отложилось представление об идеологии, о целях, о задачах и его основных несущих элементах закона, валютного кодекса.

Второй момент или второе основное несущее положение нашего кодекса - это отмена ограничений на операции, отмена всех ограничений на текущие операции. Сегодня, как вы знаете, существуют эти ограничения, связанные, например, с необходимостью, если эта операция конверсионная, то юридические лица должны указывать цели покупки валюты на свои собственные рубли, заработанные ими рубли, с которых уже уплачены налоги и соответствующие там необходимые сборы и так далее.

Мы считаем, что существование вот этого положения, оно вообще недопустимо. Я даже не буду подробно на этом останавливаться и даже дело не в том, что это обходится многократно. Поскольку мне 10 лет приходится работать на этом рынке, я могу вам назвать, интересующимся, десятки схем, по которым спокойно, совершенно элементарно, такие совершенно бессмысленные абсурдные ограничения обходятся.

Кстати говоря, часто звучат вот такие аргументы, что вот, мол, господа, это же не основание, если они обходятся. То есть, вот как бы вот есть у некоторых, мы, когда дискутировали с центробанковскими сотрудниками, они говорят, это не основание. Можно также сказать, что обходятся ограничения уголовного права, давайте отменим все, что связано с нарушением гражданских прав и отменим там какие-то статьи Уголовного кодекса. Это я считаю, риторика, это совершенно немыслимо, потому что совсем разные задачи стоят перед Уголовным кодексом и законом, у которого иные задачи должны быть и мы должны к этому привыкать. Законы должны помогать существовать развиваться, должны помогать развиваться, прежде всего, экономике. Так вот это положение, вот эти ограничения на конверсионные операции, они должны быть отменены безусловно. Должны быть отменены такие даже ограничения, как приобретение валюты юридическими лицами или продажа этой валюты только непосредственно через уполномоченные банки. На наш взгляд, расчеты, безусловно, проводятся через уполномоченные банки, но совершение сделок, купля-продажа иностранной валюты, почему, например, напрямую не могут совершаться? Это тоже вряд ли мне кто-то объяснит, что это эффективная мера, которая способствовала бы выполнению опять же названных мною двух целей. Если кто-то сумеет нас убедить в этом, то мы с удовольствием согласимся на существование и таких ограничений.

В нашем законе, в том числе снимаются такие ограничения, которые тоже стали совершенно одиозными, как приобретение иностранной валюты лицами, физическими лицами, не прибегая к услугам уполномоченных банков, в том случае, если эти операции носят разовый характер, то есть без определения публичной оферты или дарения, я не знаю, обмен там какой-то, заем частный и так далее. Я считаю, что эта норма хотя небольшая, так сказать, либеральная, но она очень так нас цивилизует.

До сих пор мы все с вами ходим под той статьей, что если вдруг у нас кто-то попросил взаймы 100 долларов и мы ему дали или просто поменяли свои 50 долларов через своего родственника, мы оба становимся правонарушителями и оба становимся, соответственно, в конфликт с законом. Этого не должно быть. Человек не должен существовать в конфликте с законом в любом случае. И если он видит, что закон не разумен и он вступает с ним в конфликт, он все равно несет определенную ответственность, в том числе и внутреннюю ответственность. Это в том числе существование таких вот одиозных норм, оно не способствует а, наоборот, разлагает. Оно не способствует воспитанию уважительного отношения к закону. Если я все равно должен нарушать постоянно закон, значит нужно создать такой закон, который не надо нарушать ежеминутно. Вы сами понимаете.

В данном случае мы просто постоянно будем тогда вставать перед вопросом, не перед вопросом уважения к закону, а перед вопросом, как бы сделать так, чтобы при этом меня не поймали. Это естественно. Тогда и в главном, когда возникает главный конфликт с законом, то мы тоже будем искать пути ухода от этого закона. Поэтому это очень важная функция. Закон должен сохранять такие нормы.

Важным моментом является на наш взгляд и ключевой момент - это момент проведения так называемых, в прежнем законе это называлось - операция, связанная   с   вывозом капитала. Мы называем - капитальная операция. Ну, как угодно можно называть.

Дело все в том, что до сих действуют ограничения, которые... Да, я забыл сказать, это очень важный момент. Та норма, которая в законе содержится и которая говорит о свободном открытии счетов за рубежом, она предполагает, что это открытие счетов происходит с обязательным уведомлением налоговых органов своей собственной страны. И опять же это соответствует тем целям, которые мы прежде всего ставим перед законом. Прежде всего это - исполнение своих обязательств перед государством, перед бюджетом, в данном случае представляющем экономическую роль государства.

Так вот, по ключевому вопросу капитальной операции. Мы считаем, что капитальные операции, они также должны осуществляться без ограничения, но с обязательным уведомлением налоговых органов о проведении данной операции в предварительном порядке. Это означает, что сам факт уведомления налоговых органов не является препятствием для проведения капитальной операции для приостановки капитальной операции. Есть определенный режим, который указан в нашем законе, который позволяет таким образом проводить капитальную операцию с предварительным уведомлением за 30 дней до момента начала совершения этой операции налоговых органов, если налоговые органы сочтут необходимым приостановить, тогда они имеют такое право в соответствии с законодательством, в том числе с налоговым законодательством, если у них есть какие-то вопросы к данному налогоплательщику.

Но еще раз хочу подчеркнуть. Сегодня нашему капиталу необходимо будет вступать в жесткую конкуренцию с мировым капиталом. И для того, чтобы конкурировать эффективно и нашей экономике, соответственно, конкурировать эффективно, необходимо создать такие возможности, когда этот капитал мог бы, если у него возникает интерес к легальному предложению за рубежом, а поскольку легальное, то это, соответственно, уплата налогов в бюджет своей собственной страны или по крайней мере контроль со стороны налоговых органов за совершением таких операций. То есть, в данном случае, мы считаем, что здесь есть, сохранен определенный интерес и интересы, вернее так, защиты интересов государства в лице налоговых органов, но ни в коем случае неких органов валютных или валютного контроля органов налогового контроля и соблюдены интересы или предусмотрены интересы предпринимателей, которые позволяют ему эффективно заниматься своей деятельностью.

Это очень важный вопрос, я еще раз хочу подчеркнуть, недаром об этом говорилось и, по-моему, жалко, что именно забываются хорошие такие как бы вот слова, но вот ровно год назад Президентом тогда в самую пору и в самую, так сказать, такую горячую пору споров по поводу либерализации, которую мы вот инициировали тогда, Московская международная валютная ассоциация, Российский союз промышленников и предпринимателей подключился, мы начали эту дискуссию о том, нужны ли нам вот эти ограничения валютные.

И вот как раз в ту пору Президентом были сказаны эти слова, я даже попробую воспроизвести их не сбивчиво, а как бы, они стоят того, чтобы мы их еще раз вспомнили, эти слова, только не потому что это сказано Президентом, а просто они очень точно сказаны, и они очень точно передают в том числе дух нашего кодекса.

Значит, вот в этом обращении говорится, что «капитал нельзя держать под стражей, он должен иметь законную свободу передвижения туда, где выгодно и эффективно. Стратегически его можно удержать только благоприятными условиями, только свободой предпринимательства. И пора пересмотреть сами принципы валютного регулирования, приближая их к общепринятой мировой практике. Действующие ограничения на операции с капиталом и недвижимостью дискриминируют граждан России по сравнению с гражданами других государств, ограничивают их свободу, подрывают конкурентоспособность российского предпринимательства. Россиянам не должно быть запрещено то, что разрешено гражданам других стран на их родине».

Я думаю, что вот мы, собственно говоря, и когда работали над новым кодексом, во многом имели в виду вот это обращение как бы или вот эту идеологию, и в частности при написании закона и при написании там отдельных даже глав мы использовали опыт, который существует, который прошли страны с переходным периодом, страны с переходной экономикой - Чехия, Хорватия, Словакия, Казахстан. Значит, я уже говорил, что, и вот мой коллега тоже об этом говорил, что вмешательство государства должно происходить на строго ограниченном и совершенно определенном правовом пространстве. Соответственно, и органы валютного контроля должны выполнять те функции, которые они способны выполнять.

Поэтому мы считаем, что в той системе валютных отношений уполномоченным банкам, как агентам валютного контроля, вовсе не место, постольку поскольку конфликт интересов, находящийся как бы в центре, так сказать, и в фокусе контроля этих банков, он очевиден, и с этим сталкивались люди, которые занимаются отчасти и предпринимательской практикой или банковской практикой, они понимают, что уполномоченный банк должен быть освобожден от несвойственной ему функции органа валютного контроля, и такими функциями должны быть наделены, конечно же, государственные территориальные образования, то есть государственные территориальные управления Центрального банка, государственные территориальные образования соответствующих ведомств Правительства.

Но на самом деле вот такие функции у агентов валютного контроля, они сами по себе, безусловно, они будут не нужны к выполнению уполномоченными банками, то есть это им поможет освобождению от этой, так сказать, ненужной ноши, кстати, достаточно серьезно затрудняющей деятельность банка и снижающей в том числе его рентабельность, не только за счет того, что они должны там контролировать клиента, а за счет того, что просто создавать целые подразделения - отделы и управления валютного контроля - и трястись над каждым фактом, ожидая некой проверки: а как он выполняет свою функцию агента валютного контроля. Это очень важный момент, который необходимо тоже иметь в виду. И каждый должен заниматься своим делом. А действующая практика применения современного законодательства позволяет, к сожалению, очень много, я говорил об этом, много творить произвола.

По капитальным операциям хотел бы еще сказать, что отменяются ограничения, связанные с проведением таких операций, кроме предварительного уведомления налоговых органов, и устанавливается исчерпывающий список такого рода капитальных операций. Отменяется также ограничительная норма, так называемая обязательная продажа экспортной валютной выручки.

Это уже тоже тема, которая в дискуссиях завязла. И на самом деле продолжение этой дискуссии, на наш взгляд, просто делает честь самой этой проблеме, потому что проблемы как таковой не существует. Суть проблемы - создание инвестиционного климата в стране. А проблемы там поступления валюты, проблемы курсообразования, пополнения резервов, ну никак они не связаны, эти проблемы, с институтом обязательной продажи экспортной валютной выручки. И, кстати, сокращение норматива, оно, по крайней мере, хотя бы отчасти показало всем, что ничего не происходит с этой валютой и с накоплением резервов, и с курсообразованием.

Поэтому мы считаем, что, безусловно, она должна быть, эта мера, отменена. И, кстати, в подавляющем большинстве стран даже нашего Содружества Независимых Государств, СНГ, она уже давным-давно отменена и не действует. Нужно понимать, что мы, говоря о 74 странах, где эта мера все еще применяется, мы должны сразу сказать, что мы себя причисляем к списку государств, которые во многом, экономика которых во многом, так скажем, несопоставима по масштабам с нашей экономикой и с нашей ролью, и главное - с нашими задачами, о которых я уже сказал. Вот, что касается обязательной продажи экспортной валютной выручки.

В нашем законе фигурирует регламент проведения операций, связанных с вывозом и ввозом наличной валюты. Предполагается установить четкий порядок, и валютный кодекс это предусматривает, и четкий лимит сумм, которые могут быть беспрепятственно ввозиться и вывозиться, как в рублях, так в иностранной валюте. И, в основном, эти лимиты установлены опять же для выполнения только одной цели - это противодействие отмыванию преступно нажитых доходов. Поскольку, вы знаете, что наличность эта как раз как наиболее рискованная в проведении операции, наиболее уязвима, так скажем, при осуществлении таких вот полулегальных операций или операций, связанных с отмыванием. И иных, естественно, ограничений, конечно же, не может быть и иных даже соображений не может быть в данной плоскости.

Здесь очень важно подчеркнуть, что в нашем законе, закон, я уже говорил, носит исчерпывающий характер, носит как бы такой титул или статус кодекса, наш закон не предполагает наличие какого-либо рода специальных или индивидуальных разрешений. Практика индивидуальных правовых документов или индивидуально правовых норм, она этим законом полностью упраздняется. Существование сегодня неких разрешений, оно возникло именно потому, что действуют ограничения абсурдные. Если действуют сегодня ограничения по репатриации экспортной валютной выручки, скажем, срок 90 дней, через 90 дней должна валюта пересечь границу в случае, если была осуществлена поставка товаров или услуг. Если действует такая норма, то, соответственно, каждый раз возникает необходимость обращаться в инстанцию за разрешением. И это разрешение, я уж не говорю о том, что зачастую получение такого разрешения, скажем мягко, удорожает эту операцию для лица, обращающегося за разрешением, но еще, естественно, создает очень серьезное препятствие для занятия бизнесом и для предъявления своих конкурентных возможностей на мировом рынке. А это очень важный момент и я могу на нем потом поподробнее остановиться, каким образом это влияет. А самое главное, что это создает тот самый ресурс, вот эти разрешения, которые позволяют целой армии защитников таких вот ограничений оборонять свои рубежи. И я думаю, что во многом такая вот стойкость защитников ныне действующих ограничений, она объясняется в том числе именно не потому, что эти ограничения существуют, а именно потому, что они предполагают специальные разрешения. То есть, грубо говоря, здесь остановки нет, а мне, пожалуйста. Шофер автобуса - мой лучший друг. И в данном случае ограничения не сами по себе страшны, а потому что именно они порождают практику индивидуальных послаблений, индивидуальных разрешений, в том числе побуждающих сохранить во что бы то ни стало саму систему всех этих ограничений.

Я уже достаточно много говорю здесь, не потому, что я могу еще много сказать и говорить, просто по опыту знаю, что больше определенного лимита времени наступает некое привыкание даже к интонации и наступает некая стойкая тяга ко сну. Поэтому я сейчас прерву как бы на этом. Ключевые моменты, я думаю, мне удалось по крайней мере хоть частично как-то осветить. Мы с удовольствием с коллегой выслушаем ваши вопросы, критические замечания или даже предложения, что было бы совсем хорошо, поскольку работа над кодексом, пока он не принят и не утвержден, продолжается, да даже если и будет принят, я думаю, тоже будет продолжаться, и том числе и мы будем этому способствовать и рады.

Постольку поскольку мы его не считаем как бы таким вот любимым дитя. Если честно, мы подготовили сначала проект закона, который умещался буквально на 11 страницах. Довольно короткий был закон, очень либеральный и очень креативный, очень красивый был закон в системе валютных отношений в Российской Федерации, но мы поняли, что на данном этапе очень важно избавиться от самых страшных пороков, ныне действующего закона, и в том числе его неисчерпанности, его как бы такой некой правовой вакуумности, когда он нас отсылают на другие и прочие.

В конечном счете и в идеале, идеалом должно быть в будущем, и мы думаем, до него дотянем, через несколько лет мы предложим вашему вниманию, вниманию общественности закон, который будет состоять всего из одной строки. То есть Валютный кодекс Российской Федерации утрачивает свою силу с такого-то числа, а все нормы, которые там какие-то еще остались и необходимы для ведения инвестиционной и предпринимательской деятельности, они будут установлены в законах о банках и банковской деятельности, о предприятиях, о ценных бумагах и так далее. Не должно быть такого понятия, как валютный закон. Это я считаю, само по себе определение какое-то архаичное. Спасибо. Мы ждем ваших замечаний.

 

Председательствующий. Большое спасибо.

 

Черепанов А.В. Я отвечу на вопрос, не приведет ли новый закон к неконтролируемому и спекулятивному росту курса иностранной валюты?

Я уверен, что не приведет по той причине, что на самом деле новая редакция закона, она скорее по снабжению валюты. Дело в том, что и сегодня  валюты продается на рынке ровно столько, сколько хочется экономическим агентам, не больше, не меньше. Если, например, обязательная продажа чрезмерно завышена и некий экспортер не желает опять же чисто экономически столько валюты продавать, но вынужден это делать, он ее просто откупает обратно. Причем у него масса вариантов совершенно законных в этом отношении есть. Если вы хотите, я могу о них рассказать, об этих вариантах. То есть, в любом случае и ныне действующая редакция валютного закона никоем образом не способствует пополнению резервов, никоем образом не способствует пополнению рынка валюты. Это первое.

Второе. Все зависит от действий Центрального банка. Если он захочет, конечно, он может допустить раскачку рынка. Если он не захочет, у него больше, чем надо резервов для того, чтобы этого не допустить. Я хочу вам напомнить, что резервы достигают 42 миллиардов. Вам известна, наверно, та сумма ликвидности рублевой, которая теоретически может выйти на рынок. У нас рубли печатает только ЦБ. Соответственно объем этих рублей четко известен и понятен. И вся его опасность уже нам известна.

Я хочу даже сказать, что с каждым ростом курса доллара США сумма валютных резервов становится все более и более излишней. По моим подсчетам, вы можете эти расчеты произвести сами, они очень легкие, рост курса доллара на каждые 10 копеек высвобождают из резервов Банка России порядка 140 миллионов долларов США. То есть та сумма, которую можно просто-напросто подарить, например, родному Правительству. И ничего страшного при этом не произойдет. Совершенно спокойно, еще раз говорю, в случае каких бы то ни было спекулятивных атак, такое любимое есть выражение у наших противников, допустить дестабилизацию может только желание самого Центрального банка, соответственно, чтобы не допустить этой дестабилизации также и желания, и способности Банка России вполне достаточно.

ПОЛИТИКА И ОБЩЕСТВО
Противодействие коррупции
Ответственный суд
Эффективная власть
Свобода совести
Историческая справедливость
Профессиональная армия
Права частных работодателей
Порядок на дорогах

 

 

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Конституция РФ
  Гражданский кодекс РФ
  Бюджетный кодекс РФ
  Налоговый кодекс РФ
  Трудовой кодекс РФ
  О Правительстве РФ
  О Центральном банке РФ
  О валютном регулировании
  О противодействии легализации (отмыванию) доходов
  Об ОСАГО

 

 

Проект национального развития некоммерческое учреждение разработки и реализации эффективных реформ

ПРОЕКТ НАЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Программа реформ   Важные достижения   Устав   Участники Проекта