ЭКОНОМИКА
Справедливые налоги
Фонд развития (Стабфонд)
Свободный рубль
«Чистые» деньги
Ответственная курсовая политика
Отказ от стерилизации ликвидности
Запрет госзаймов
Ограничение квазидолга страны
Приватизация производств
Рыночный контроль цен
Надежность банковской системы
Возврат «замороженных» вкладов

 

АКТУАЛЬНЫЙ КОММЕНТАРИЙ

 

Версия для печати

Газета «Финансовая Россия» 17-23 октября 2002 года № 38

17.10.2002

«Валютное разрегулирование»

 

В Минфине и ЦБ либералов не держат

 

 

Подготовленный Минфином России совместно с ЦБ проект нового валютного закона отправлен на доработку. Как следует из заявлений Михаила Касьянова на заседании правительства в прошлый четверг, он признан недостаточно либеральным. Принять такое решение, по всей вероятности, заставила последовательная позиция российского президента, в очередной раз подтвердившего намерение добиться создания в России действительно цивилизованной системы валют­ного регулирования. А цивилизованность, в первую очередь, пред­полагает разумность, которая в целом ряде статей законопроекта, к сожалению, подменяется ведомственными интересами.

 

 

Сон разума

Возьмем для примера обязатель­ную продажу валютной выручки, вокруг которой в последнее время велись наиболее активные дебаты. Имеет ли она какую-либо общест­венную ценность, чтобы сохранять ее, как это пытались сделать разра­ботчики проекта, в новом валютном законодательстве? Напомним, что заявляемой целью обязательной продажи валютной выручки экспор­терами является вовсе не наказание «олигархов-кровопийц», а обеспече­ние стабильного пополнения внут­реннего рынка иностранной валю­той, то есть создание системы дополнительного предложения ва­люты в равномерном режиме.

Но дело в том, что экспортеры готовы и сами, добровольно прода­вать валюту на сумму, куда боль­шую, чем 50 и тем более - 30 про­центов выручки (в этом смысле, кстати, чем меньше действующая норма обязательной продажи, тем она абсурднее). Ведь им необходи­мо обеспечить процесс воспроиз­водства, заплатить налоги и пога­сить кредиты. А для этого они вы­нуждены конвертировать почти всю свою выручку в рубли. Если же часть их обязательств выражена в иностранной валюте, а закон за­ставляет продать больше, чем им надо, то излишне проданную валю­ту они тут же вправе купить на рынке на вполне законных основа­ниях. Фактически в их свободном распоряжении остается только чис­тая прибыль. Именно ее экспорте­ры и могут позволить себе держать в валюте или рублях. Но в каких, интересно, экспортоориентированных отраслях чистая прибыль пре­вышает половину оборота, да еще является значимой для многомил­лиардного внутреннего валютного рынка?! Да даже если такие отрас­ли и существуют, не лучше ли их сверхприбыль изымать повышен­ными таможенными пошлинами, рентными и иными сборами в бюджет, а не наказывать принудитель­ной конверсией выручки в нацио­нальную валюту? Тогда хоть будет явно виден государственный инте­рес. Что же касается принципа рав­номерности поступления выручки на рынок, то он в принципе не мо­жет соблюдаться по той простой причине, что никто в условиях рынка не гарантирует и не может гарантировать стабильность поступ­ления самой экспортной выручки.

Негативные экономические по­следствия существования институ­та обязательной продажи валют­ной выручки очевидны. Это ухуд­шение предпринимательского климата в стране, явно не способст­вующее притоку капитала, повы­шение стоимости обслуживания корпоративных займов, взятых под залог будущей выручки, дополни­тельные стимулы для сокрытия экспортных доходов. В результате снижаются налогооблагаемая база и, следовательно, налоговые поступ­ления в государственный бюджет. И еще один, скорее психологиче­ский, аспект проблемы связан с тем, что, вводя институт обяза­тельной продажи, государство сти­мулирует всеобщую доллариза­цию. Это представляется удиви­тельным, но как еще можно квалифицировать попытку искус­ственного наполнения рынка ино­странной валютой или действия по нанесению рублю ущерба тем, что он навязывается силой закона?

По сути, те же негативные эко­номические последствия неизбеж­ны и в связи с сохранением разре­шительного характера проведения ряда операций по валютным счетам резидентов. Валюта, которую им за­прещают использовать по своему усмотрению, все равно ни «в закро­ма Родины», ни на рынок не попа­дает. В таких условиях предприни­матели легко находят способы обеспечения своего интереса, но, к сожалению, вопреки интересам государства (например, оставляют выручку за рубежом, занизив цену экспортного контракта). Иначе чем объяснить наличие в собственности российских олигархов роскош­ных вилл на Лазурном берегу, не­смотря на жесткое валютное регу­лирование и тотальный контроль? Или возьмите право физиче­ских лиц ввозить в нашу страну любую сумму в иностранной валю­те, а вывозить только ту, закон­ность приобретения которой доку­ментально подтверждена. Это положение не только неконститу­ционно, оно еще и, мягко выража­ясь, нелогично. Ведь понятно, что такими действиями государство поощряет ввоз валюты и ограничи­вает ее вывоз. Неужели доморо­щенным чиновникам так противно брать взятки рублями, что они го­рят желанием увеличить объем об­ращающейся в России иностран­ной валюты?! Или считают ее запрещенным к вывозу националь­ным достоянием?

 

Административные иллюзии

И российский, и мировой опыт подтверждает, что свои экономиче­ские проблемы государство в силах решать исключительно экономиче­скими методами. Только они могут быть реально эффективными. И ис­ключений из этого общего правила попросту нет. Административное вмешательство не оправдывается даже наступлением так называе­мых особых случаев вроде сущест­венного ухудшения состояния пла­тежного баланса страны. Если в благоприятной обстановке еще можно себе позволить «поиграть» мускулами жесткого регулирова­ния, то в сложной ситуации это просто противопоказано. Дабы не усугублять проблему. Ведь понят­но, что, во-первых, при негативном развитии событий предпринимате­ли обычно стремятся сократить производственную активность. А если этот негатив сопровождает­ся еще и надругательством государ­ства над их интересами, то полез­ная экономическая деятельность и вовсе может быть свернута. Разве не безумие, например, вводить или увеличивать норму обязательной продажи экспортной выручки в тот момент, когда резко падает мировая цена на энергоносители? Тут впору применять меры государственной поддержки нефтяников, а не дестимулирования их законной деятель­ности. Во-вторых, зачем в том же случае ухудшения состояния пла­тежного баланса силой закона пы­таться «загонять» чужую валюту на рынок, если эта мера призвана не исправить, а сохранить прежний порядок, тормозящий оздоровле­ние финансовой системы и всей экономики в целом? Может быть, для того, чтобы искусственно под­держивать завышенный курс наци­ональной валюты и, следовательно, провоцировать рост импортных по­ставок для окончательного подав­ления отечественного товаропроиз­водителя? Не лучше ли поступить ровно наоборот, обеспечив тем са­мым позитивный потенциал?

Если же денежные власти счи­тают, что проблема носит кратко­срочный характер или серьезное изменение курса нежелательно в принципе, то они могут действия­ми чисто экономического характе­ра сохранить относительную ста­бильность на внутреннем рынке, продав часть своих валютных ре­зервов (ведь для этих целей они и формируются). Реализация же административных мер и безус­пешное ожидание их положитель­ных результатов приведет лишь к потере времени и ресурсов. Вот почему нельзя оставлять в законе даже упоминание о внеэкономиче­ских способах валютного регули­рования или сохранении действия части из них на некоторое время. И глубоко заблуждается тот, кто полагает, что в отношении обяза­тельной продажи гораздо лучше в законе привести длинный график «выхода на ноль», чем быстрое об­нуление с перспективой вернуть все назад в любой момент под пред­логом форс-мажора. Сохранение в тексте закона иллюзии общест­венно-экономической ценности от­дельных административных мер делает куда более реалистичной перспективу их восстановления.

Между прочим, рьяно отстаи­вая жесткий режим совершения ва­лютных операций резидентов (в первую очередь, когда разговор идет об ограничении целей покуп­ки валюты и препятствии ее выво­зу за рубеж), его сторонники совер­шенно напрасно ссылаются на кон­ституционную задачу Банка России по защите рубля. В дейст­вительности этим они защищают вовсе не российский рубль, а ино­странную валюту. Ведь инициато­ры запрета на операции, скажем, с землей предполагают защиту именно земли, а не денежных средств, предназначаемых для ее покупки. В этом смысле единст­венным объектом административ­ного валютного регулирования мо­гут быть лишь сделки по приобре­тению нерезидентами рублей. Такое регулирование позволяло бы контролировать потоки «горячих» денег и предотвращать связанные с ним финансовые катаклизмы. Но оно низкоэффективно да и вряд ли востребовано в нынешних, пока вполне благоприятных условиях незначительного объема государст­венной внутренней задолженности.

 

Победа или поражение?

В деле валютной либерализа­ции нельзя допустить половинча­тости решения. Либо в Российской Федерации в нарушение Конститу­ции сохраняется система админи­стративного принуждения, и обще­ство продолжает жить по распо­рядкам зоны строгого режима, столь пагубным для формирования благоприятного делового климата. Либо принимается новое, действи­тельно цивилизованное законода­тельство с безусловной и незамед­лительной отменой всех ограниче­ний на операции резидентов с валютными ценностями. То есть с отказом, пожалуй, от самого оди­озного пережитка тоталитарного прошлого. И четким пониманием, что возврата к нему не будет.

Представляется крайне важ­ным, чтобы сторонники либераль­ных мер не растеряли тот потенци­ал, который был задан законопроек­том, предложенным в свое время Московской международной ва­лютной ассоциацией (ММВА), а затем и Валютным кодексом, раз­работанным совместно с РСПП. Ни под каким предлогом нельзя скатываться на позицию уступок с отказом от твердой защиты прин­ципиальных установок. Активная борьба за отмену валютных огра­ничений была начата еще в первые месяцы посткризисного периода, и необходимо хотя бы по истечении четырех лет, прошедших с той по­ры, довести ее до победного конца.

 

Андрей ЧЕРЕПАНОВ,

председатель совета

Московской международной

валютной ассоциации

ПОЛИТИКА И ОБЩЕСТВО
Противодействие коррупции
Ответственный суд
Эффективная власть
Свобода совести
Историческая справедливость
Профессиональная армия
Права частных работодателей
Порядок на дорогах

 

 

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Конституция РФ
  Гражданский кодекс РФ
  Бюджетный кодекс РФ
  Налоговый кодекс РФ
  Трудовой кодекс РФ
  О Правительстве РФ
  О Центральном банке РФ
  О валютном регулировании
  О противодействии легализации (отмыванию) доходов
  Об ОСАГО

 

 

Проект национального развития некоммерческое учреждение разработки и реализации эффективных реформ

ПРОЕКТ НАЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Программа реформ   Важные достижения   Устав   Участники Проекта