Версия для печати

Газета «Ведомости» № 211 (774)

«Валюта: Псевдолиберализация»

Андрей Черепанов

Летом 2000 г. в своем ежегодном послании Федеральному собранию российский президент заявил о необходимости извлечь уроки из опыта и признать, что ключевая роль государства в экономике — это защита экономической свободы: “Наша стратегическая линия такова: меньше администрирования, больше предпринимательской свободы”. Аналогичная идея была озвучена им и в апреле следующего года: “Убежден, если мы создадим в стране приемлемый деловой климат, то капитал перестанет из нее "убегать". Капитал нельзя держать "под стражей". Он должен иметь законную свободу передвижения — туда, где выгодно и где эффективно…. Пора пересмотреть сами принципы валютного регулирования, приближая их к общепринятым в мировой практике. Считаю, что действующие ограничения… дискриминируют граждан России по сравнению с гражданами других государств, ограничивают их свободу и подрывают конкурентоспособность российского предпринимательства”.

Таким образом, высшим должностным лицом государства был задан вполне четкий вектор либерализации действующего валютного законодательства. Однако за прошедший с той поры солидный промежуток времени был сделан лишь один значимый шаг в этом направлении — снизили в полтора раза норму обязательной продажи экспортной выручки. Видно, ждали отрицательных последствий такой акции и надеялись на изменение президентского настроения. Не вышло. Но вот после нескольких дополнительных твердых указаний чиновники наконец зашевелились. В результате беспрецедентных по накалу дискуссий была разработана и в целом одобрена на последнем заседании правительства концепция нового закона о валютном регулировании. И преподнесена “широкой общественности” как либеральный прорыв. Мол, в случае принятия подготовленного законопроекта у государства останется лишь два инструмента регулирования рынка — установление режима счетов и требование о беспроцентном депонировании средств по ряду операций. Да и то к ним могут прибегать лишь в кризисных ситуациях для устранения проблем, связанных с переливом горячих денег. А с 1 января 2007 г. или парой лет раньше и от этих “скромных мер” откажутся. В общем, все как просили. В подтверждение чистоты своих помыслов не стали возражать даже против публикации проекта в одной из центральных газет. Можно только надеяться, что передали в печать не тот вариант: опубликованный текст оказался крайне далек от либерализма.

Судите сами: хотя в законопроекте и говорится об осуществлении валютных операций движения капитала без ограничений, но приводится широкий перечень исключений из этого общего правила. Причем в него попадают такие операции, как, например, получение и предоставление финансовых кредитов на срок не более полугода, которые в соответствии с ныне действующим законодательством осуществляются свободно. Теперь же предлагается проводить их в особом порядке. Он может предусматривать резервирование денежных средств на беспроцентных счетах в Банке России и установление режима счета. Иными словами, частного предпринимателя могут понудить нести значительные финансовые потери. Или определить такой режим счета, что напрочь отобьет желание честно распоряжаться собственными средствами по собственному усмотрению. Кстати, судя по тому, что в законопроекте среди основных принципов валютного регулирования не приводится отказ от практики предоставления индивидуальных разрешений, можно не сомневаться, что такие разрешения сплошь и рядом будут выдавать посредством установления индивидуальных режимов счетов. Единственным позитивным изменением представляется то, что часть полномочий по администрированию движения валюты передается от Банка России правительству. По всей вероятности, это решение продиктовано тем, что за редчайшим исключением за весь посткризисный период главный банк страны не принял ни одного полезного нормативного акта в сфере валютного регулирования.

Далее — в законопроекте не упоминаются полномочия Банка России по установлению целей покупки иностранной валюты, которыми он сегодня обладает. Но говорится о его правах требовать резервирования средств и устанавливать режим счета по операциям купли-продажи иностранной валюты резидентами и нерезидентами. А это означает расширение возможностей жесткого административного регулирования: до последнего времени Банк России на основании закона мог лишь ограничивать цели покупки валюты (оплата импорта и погашение валютных долгов), а его нормативные акты по установлению правил дальнейшего использования купленной валюты не соответствовали законодательству. Теперь же предлагается узаконить амбиции Банка России по определению порядка проведения всех видов конверсионных операций на внутреннем валютном рынке и последующего использования купленных средств в иностранной и национальной валютах. Ведь “установление режима счета” означает и весь широкий перечень условий зачисления средств на счет, и определение периода нахождения на нем денег, и переводов с него. Под этой стыдливой формулировкой скрываются полномочия Банка России вводить ограничения в любой момент, на любой срок и любой степени жесткости. Как общие, так и индивидуальные.

Сохраняется институт обязательной продажи экспортной выручки. Правда, норма продажи снижается с 50 до 30 процентов. Что делает ее уже даже не абсурдной, а, извините, глупой. Неужели не ясно, что 30% от экспорта составляет лишь чуть больше $30 млрд в год, а с учетом разнообразных льгот — и того меньше. Это с трудом покрывает только треть сегодняшних потребностей в импорте и платежах государства по внешнему долгу и, следовательно, ровным счетом ничего не решает. В то же время экспортеры, исходя из собственных экономических интересов, продают от 80% до 100% своей выручки. Ведь им необходимо осуществлять расходы в рублях по производству продукции, оплате налогов и т. д. Так зачем государству заставлять частника делать то, что он делает добровольно? Только чтобы реализовывать “кривую” схему, заставляя экспортеров нести “общественную повинность” в произвольно установленном режиме? В этом плане, кстати, законопроект еще более ужесточает ныне действующее законодательство. Им устанавливается правило обязательной продажи только на валютных биржах и Банку России и лишь в отдельно определенных случаях — уполномоченным банкам. Тем самым требование ранее принятого Банком России аналогичного подзаконного акта предполагается поднять на уровень закона. А заодно забыть о потенциале развития цивилизованного срочного рынка: валютную выручку разрешается продавать только после ее поступления по складывающемуся на день продажи курсу.

Можно долго перечислять многочисленные “перлы” законопроекта, нарушающие конституционные права собственников и здравый смысл в областях, далеких от проблематики горячих денег. Из этого следует вывод: новая валютная концепция объявляет дополнительные свободы, но не для экономики, а для чиновников из правительства и Банка России. Российским предпринимателям, правда, тоже кое-что перепадает. Им позволят на законных основаниях совершать ряд операций по вывозу капитала, которые они ранее вполне успешно осуществляли с помощью серых схем. Но, скажите на милость, неужели стоило ломать копья только ради того, чтобы узаконить давно сложившуюся практику узурпации властных полномочий и оттока частного капитала? Или все дело в том, что действительно опубликовали не тот документ и еще остается шанс принятия цивилизованного валютного закона?

Автор — председатель совета Московской

международной валютной ассоциации

ПРОЕКТ НАЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Программа реформ   Важные достижения   Устав   Участники Проекта